5 причин, почему Icegergert — крутой рэпер

Майк Науменко как-то сказал: “Панк — это тот, кого все ненавидят”. А панк, которого всеобъемлющая ненависть не заставляет даже на секунду усомниться в своем искусстве — становится сильнейшим рэпером. Кизару — сильнейший рэпер. Фараон — сильнейший рэпер. Янг Трэппа — сильнейший рэпер. Паша Техник — сильнейший рэпер. Замай — сильнейший рэпер. Этот список можно продолжать долго, но если вам он уже показался спорным, то следующее утверждение, возможно, вовсе вызовет экзистенциальный ужас. Но, конечно, Айсгергерт за 2025 год тоже заслужил попасть в этот список из визионеров, которых поняли далеко не сразу.

Признаться, я тоже долгое время был среди непонявших. Оказаться в их числе было несложно: Айсгергерт предстал в моем инфополе как очередное премломление трэп-ценностей через российские реалии. Настоящий трэп, с крэком, гетто и смертью в 20 — в России невозможен, поэтому местные исполнители по-разному играют с этими клише. Если Биг Бэйби Тейп пел как бы от лица героя ГТА Сан Андреас, а группа Кровосток разыгрывала концептуалистскую карту, то Айсгергерт придумал свое ноу-хау: одной рукой салютовать всем здравым ребятам из органов, другой тянуться к кладу, а третьей — кидать “зиги с пуза”, как он сам поет в одной из удаленных нынче песен. Парадоксальный замес, который Даня Порнорэп удачно окрестил как “МВД-Рэп”.

“Жесть, вот это сюр, оказывается, бывает и такой рэп” — таково было мое, да и не только мое первое впечатление, и наверняка таким бы оно и осталось, если бы Айсгергерт не начал с сумасшедшим упорством идти катком по русскому рэпу. Фиток, еще фиток, хит, появление на модной передаче, какая-то мемная строчка, еще один хит — и вот мы в точке, когда это один из самых прослушиваемых артистов России. При этом, нутро этой музыки не изменилось — это все тот же микс из блатных понятий, трэп-клише и фоток с Шойгу. А людей, которые способны навязать себя миллионам, не утаивая настолько противоречивых (в первую очередь — противоречащих друг другу) деталей — я уважаю, они явно секут фишку.

Поэтому пришлось погружаться в лор Айсгергерта. И почти сразу стало понятно, что это персонаж сложнее привычных о нем представлений — не какой-то случайный чартовый пассажир, а яркий сын своего времени, которым когда-то был Оксимирон, потом Моргенштерн, а теперь вот Айсгергерт. И если первых двух в свое время изучали буквально под микроскопом: разбирали двойные рифмы и искали фригийский лад в “Кадиллаке” — то почему бы и к музыке Айса не отнестись со всей серьезностью, откинув снобизм? Тем более, своих “фригийских ладов” и “двойных рифм” у него в достатке.

1. АЙСГЕРГЕРТ ИЗОБРЕЛ СВОЙ ЯЗЫК

Вероятно, это непопулярное мнение, но Айсгергерт пишет (да и разговаривает, что уж там) на каком-то собственном языке, чем он мне сразу и приметился. Наличие собственной системы образов и смыслов — та вещь, за которую борются многие авторы (вспомнить только биф Славы КПСС и Хаски, где оба обвиняли друг друга именно в отсутствии “собственного языка”), и у Айсгергерта она определенно есть.

Трэп в России, несмотря на свою репутацию низменного и примитивного жанра, всегда бок о бок шел рядом с поэзией. У многих трэп-классиков посреди жанровых клише и сленга возникали невероятно красивые образы: знаменитое “Я сияю ярко” Янг Трэппы, “Небо цвета Бэнтли” у Платины, или даже ранний Тейп со своими “Рифмы золотого века? Нет, мы VVS-эпоха”.

Даниил Киберев в своей лекции сравнивает трэп-артистов с поэтами-маньеристами серебряного века, в первую очередь с Северяниным и его “ананасами в шампанском” — и это, на мой взгляд, сравнение довольно удачное. Но эта уязвимость и наивность, свойственная трэпу десятых — в двадцатых почти растворилась (как и северянинские ананасы утонули в шампанском, перестав быть актуальными после революции, слишком уж огрубел контекст, стало не до ананасов).



И Айсгергерт представляет собой новую эру в трэп-поэтике. Его язык намного злее предшественников, в нем не осталось места сентиментальности, как у того же Платины времен “Опиатов Круг” — и он куда более эклектичен. Если трэперы первой и второй волны жили в четко очерченных границах, в очень понятной вселенной, то тексты Айсгергерта неиронично можно сравнить с лучшими представителями абстрактного рэпа, типа Мутант Ъхвлам или Kunteynir. Абсолютно берроузовская мешанина: западное трэп-линго, армейские и блатные понятия, заигрывания с правой темой и политические нарративы из телевизора:

Сука хочет отсосать (Ho), она не виновата
Просто эти деньги с рэпа (Smart) я кладу обратно
В двадцать два я не могу (Как?) двигаться без мата
Че там? Че там либералы (Fuck)? Мы ебали НАТО (У-у-у)
Übermensch, no homo, гэнг, я иду направо
8, 8-1-2, город говорит мне: “Браво!”

На выходе получается уникальнеший стиль, который не спутаешь с дефолтными шутейками-ванлайнами, заполонившими тексты трэперов в начале двадцатых. Звучание Гергерта предполагает отход текста на второй план, но именно особый слог постоянно обращает на себя внимание. У кого еще посреди обычного репрезента может возникнуть строчка “Почему по беспределу нам отключили свифт? (What the fuck?)”.

Любопытно, что общается он так и в своем телеграм-канале. Вот так, например, выглядит поздравление c 9 мая:




Трэп-англицизм рядом с советской военной песней — очень хрестоматийный для Гергерта контраст. И он бы не имел никакой культурной ценности, если бы не одно но: Айс заставил этого франкенштейна, склеенного из разных культурных лоскутов, работать. На выходе получились треки, которые абсолютно логичны в рамках своей вселенной, этим текстам хотят подпевать люди, а некоторые слушатели и вовсе захотели увековечить определенные афоризмы на своем теле.

В одной из песен Айсгергерт читает: “Гэнг: рэперы, модели, музыканты и мутанты”. Словом “мутант” и можно хорошо охарактеризовать его стиль. И то, что этот мутант в итоге смог затмить привычные жанровые представления о том, как выглядит панчлайн — вызывает уважение. Ведь навязать всем окружающим себя таким, какой ты есть на самом деле — и есть философия рэпа. Прийти к успеху, не упрощая свой стиль.

2. АЙСГЕРГЕРТ — ПРОФЕМИНИСТ

Еще одной парадоксальной чертой музыки Гергерта является тот факт, что при всем понятном отношении к девушкам (“Кинул ей таблетку в Гинесс”), два его главных хита — бенефис женщин, читающих рэп.

В России положение женского рэпа всегда было неустойчивым (“Как я отношусь к тому, что бабы читают рэп? Хуево. При любом раскладе — хуево” — описывал это положение Рома Англичанин). Инстасамка, конечно, немного исправила это, но лишь отчасти, да и основные хиты у нее случились уже в поп-эре. По факту же, женский рэп до сих пор остается музыкой нишевой и невостребованной. Даже Моргенштерн, который во многом выстраивал свой успех на удачных коллабах и экспериментах, не рискнул заходить на эту территорию. На его хитах нашлось место всем: Элджею, Егору Криду, Вите АК, Янг Трэппе — но не девчонке, читающей рэп.

Тем удивительнее, что за прошедший год Айсгергерт выдал два чартовых хита, где женский рэп является основной фишкой. Весной произошел коллаб со Sky Rae, на котором Гергерт проявил чудеса продюсирования: подтянул из питерского андера исполнительницу, классно читающую рэп — и просто дал ей проявить себя. Как результат — главный хит в карьере обоих. В России крайне сложно нащупать баланс для успешного рэп-трека от девушки. Интонация Sexyy Red с ее “I fight for dick” у нас никогда не станет массовой, но и при этом совсем скромниц никто слушать не будет — это же скучно. Надо уметь флексить по “Домострою”. И если Айсгергерт сумел объединить казармы с трэп-блоками, то и тут проблем не возникло: строчкой “Как тебе, Олеся?” он превратил Sky Rae в эдакую сестру по трэпу — таких лирических героев до “Наследства” в русских чартах не было.




А уже спустя несколько месяцев он повторил рабочий прием на фите с Zivert, только уже на совсем массовом звуке. Прямая бочка, саунд в лучших традициях “Европа Плюс” — а поверх него Zivert зачитывает куплет, который снова соблюдает золотое сечение, позволяющее стать женскому рэп-треку — хитом. И опять Айсгергерт на этом треке как будто бы уступает первую роль приглашенной артистке, давая ей сиять в полной мере.

И если с особенностями языка и стихосложения можно спорить, то с цифрами спорить невозможно: Айсгергерт смог сделать женский рэп звучащим из каждого динамика — и это, как минимум, интересно.

3. АЙСГЕРГЕРТ — ГЕРМЕТИЧЕН

Пожалуй, самый любопытный аспект в творчестве Гергерта. Большинство рэперов в России — сильно зависят от контекста, от трендов, от прочих переменных. Исключением на их фоне всегда был Кизару, который всю карьеру стоял особняком и делал то, что хочет. Это позволяло ему на 10 “странных” треков давать 2 неиронично близких к гениальности, типа “Block Baby” или “Money long”. Но теперь у него появился идейный наследник — Жора Айсгергерт (жаль, что кроме великолепного “Fake ID”, их совместок мы, похоже, больше не услышим).





“Непробиваемость” рэп-вселенной Айсгергерта очень хорошо видна на контрасте с Маканом. Оба дико популярные, оба делают как бы “пацанский рэп”, но как по-разному они взаимодействуют с внешним миром.

После первых успехов в чартах, Макан в более погруженном рэп-сообществе начал закрепляться как “нетрушный” рэпер, близкий к поп-музыке. Над его постоянными “брат, брат, брат” смеялись, а альбомы не рассматривали как часть рэп-игры. И вместо того, чтобы дальше штамповать хиты — он решил стать “настоящим рэпером”, которому не чужда и самоирония (“Я же не еблан слушать Макана”), и фит с Салуки.

Но постироничный интернет не оценил этих мувов. Да, шутки про “брат-брат-брат” исчезли. Но появилась куда более обидная кричалка “Макан — хуесос”. Попробуй, мол, обыграть это.

Айсгергерт же изначально отказывается от этого соревнования, запираясь в своем мире, сформированном еще в кадетском училище. Вместо попыток угодить гикам — уход в кринж-кор, выкрученный на максимум. Альбом с акустическими треками? Да. Балерины на концерте? Да. Фит с актрисой? Отличная идея, давайте запишем.



И в этом кринж-коре, конечно, всегда будет больше жизни, чем в попытках подстроиться под индустриальный ландшафт и сделать все правильно.

4. АЙСГЕРГЕРТ БАНАЛЬНО КРУТО ЗВУЧИТ

Недооцененная деталь, но рэп Айсгергерта — просто круто звучит. Он классно рифмует и читает, из-за чего даже самым нелепым строчкам в духе “С нами за столом, м, ангелы и демоны / В этих шотах strawberry и lemon'ы” хочется подпевать.

Через весь текст идет идея о том, что Айсгергерт нашел золотое сечение во многих вещах, и звук — не исключение. Он смог подружить трэп с попсой, что никому до этого не удавалось.




Узнаваемые агрессивные трэп-биты, которые одинаково хорошо подходят как для фитов с Бастой и Гуфом, героев старшего поколения, так и для совместок с Кизару и Облой, у которых аудитория значительно младше.

Звук Айса узнаваем, и более того — другие рэперы, даже совсем крупные, не стесняются на него залетать. Чего стоит только недавний фит OG Buda и i61. Парни исторически тяготеют к звуку более электронному и “гиковскому” — но не обломались и залетели на примитивнейший Icegergert Type Beat. Понятно, что не Гергерт придумал этот звук — но влияние, безусловно, просматривается.

5. АЙСГЕРГЕРТ — ГЛАВНЫЙ ТРИКСТЕР МОМЕНТА

И главное: со времен праймового Моргенштерна (а это уже 6 лет!) не было в русском рэпе настолько эпатажного персонажа, как Айсгергерт. Его все слушают, но и одновременно с этим — хейтят.

Такие герои нужны, прежде всего, нам. Моргенштерн в свое время подталкивал общество обсуждать десяток этических и культурных вопросов: может ли блогер быть творцом? получится ли сотрудничать с властью на своих условиях? где кончается шоу и начинается пошлость? Все это были актуальные проблемы для начала двадцатых, но теперь появились новые темы для обсуждения: цензура треков, извинения на камеру, где проходит граница между обаятельным гангстером и отмороженным гопником? Какое время — такие вопросы, и музыка Айсгергерта, помимо того, что она просто интересно и необычно сделана, еще и побуждает людей над этими дилеммами думать.





И спешить с однозначными ответами тут явно не стоит. Когда-то Паша Техник, еще до того как стать консенсусным любимчиком, так же сотрясал устои на знаменитом баттле против Брола. Толпа свистела, показывала средние пальцы.

Но чья позиция спустя столько лет состарилась лучше? Зрителя, который выкупал сюрреализм и угар происходящего на сцене — или зрителя, который освистывал праймового Техника, ожидая поскорее раундов рэпера Брола?