Тексты
Интервью: Кирилл Бусаренко
Фото: Анна Олейникова

Второй Ка: "Люди знают вайб говнюков". Большое интервью

Дружба с Замаем и Славой КПСС, вебкам, капкарашка и мураши, Тарантино и Балабанов — обстоятельный разговор с группой-открытием

Второй Ка — группа из Бишкека, где состоят два старых школьных друга Илья Семенов и Султан Ботобаев. Они начинали как рэперы и коннектили со Славой КПСС и Замаем (Илья вообще работал над большей частью дискографии Замая), но последние пару лет вирусятся в соцсетях стилевыми клипами и пост-панком. Только в их исполнении выходит не привычный угрюмый пост-панк в духе Molchat Doma, а очень живой и ироничный — такой мог бы играть в саундтреке черной комедии.

Мы поговорили с дуэтом после выхода альбома “Свиная попутка”.

Презентация альбома состоится 31 октября в Москве (клуб "16 Тонн") и 1 ноября в Питере (клуб "Ласточка"). Также группа выступит на Пикнике "Афиши" в Москве и Питере.





ВСТРЕЧАЙТЕ ГОВНЮКОВ



— Давайте для начала определимся. Кто из вас больший говнюк?

Илья: Да тут совмещение по-любому (смеется).

Султан: Изначально это же “говнюки”, [песня и клип] “Встречайте говнюков”. То есть общность, тусовочная тема.

Илья: Да, не конкретные личности. Но нам недавно нарисовали логотип — его можно увидеть во всяких креативах и рилсах. Вот он описывает, кто из нас больший говнюк.


— А ваша фанбаза уже называет себя говнюками?

Илья: Это формируется, предпосылки есть.

Султан: На бишкекском концерте у нас был мув — мы в соцсетях толкнули мысль, чтобы люди пришли в дресс-коде говнюков. И при этом не дали конкретику, как именно нужно одеться. Люди знают вайб говнюков, но понимают его по-своему. И было прикольно, что все эти люди стояли в первых рядах, стильные такие. Смотришь на это и думаешь: “Охуенно!”


— Наверное, референс из клипа взяли.

Султан: Да, провели собственные линии. Что-то похожее было.


"УБЕДИЛИ ЧЕЛОВЕКА, ЧТО МЫ ИЗ БУДУЩЕГО"



— Вы ведь знакомы еще со школы. Есть показательная история про вас двоих?

Илья: Мы сидели у себя на районе после студии. Уже поздняя ночь.

Султан: (смеется)

Илья: К нам подошел выпивший мужик, по которому уже сразу было понятно, что он с претензией. И почему-то сильнее доебался до Султана. Короче, мы убедили его, что мы из будущего.

Султан: (продолжает смеяться)

Илья: Просто в разговоре выяснилось, что он из той же школы, что и мы. А у Султана феноменальная память на имена со школы.

Султан: У него был агрессивный вайб, я начал автоматически вкидывать: “А ты где учился? А этого, вот этого знаешь?” У него лицо изменилось, он в один момент такой: “Откуда ты это знаешь?” И тут Илья подхватывает: “А мы из будущего, мы все знаем”. И по лицу стало понятно, что ему зашла эта информация. Он принял, что мы из будущего.

Илья: Мы стали ему досыпать и досыпали до того, что сказали: “Мы не просто так сюда пришли, мы давно за тобой наблюдаем. Твоему сыну нужен отец. Завязывай с бухаловом”.

Султан: (снова начинает смеяться)

Илья: И он садится на скамейку, говорит: “Бля, я знал”. И начинает плакать. После этого мы сказали ему, что все будет нормально.

Султан: Он нам прямо там исповедался. Стал в конце человеком.

Илья: Успокоился, а потом мы разошлись.


— Песня и клип “39 школа”. Это про вашу школу?

Султан: Это соседняя с нашей школа. Классическая история конфронтации на территории из 90-х.

Илья: Районовские разборки. Всякое было, но я лично никогда не пиздился. Я был тот человек, который со стороны на это смотрит и думает: “Побыстрее бы через дворы свалить”. Территорию никто не обозначал, но вот возле 39 школы был базарчик, через который не хотелось ходить.


— В клипе есть сцена, где драться выходит директор. Кого из своих учителей вы бы вызвали на бой?

Илья: Учительницу физики.

Султан: (смеется). Да зачем драться с учителями? Они же старше тебя.

Илья: Да ты вспомни учительницу физики. С ней реально было за что.


— А вы уже в школе начали музыку делать?

Илья: Не. У нас был период после школы, когда я пошел в один универ, Султан — в другой. Где-то год-два мы близко не общались. А потом на втором курсе поняли, что что-то не так в жизни происходит.

Султан: Ситуация “ну и чем по жизни заниматься?”

Илья: И начали музыкой. Я уже биты писал, что-то делал Славе и Замаю. Султан тоже начал треки писать. Движ пошел. Мы встретились и такие: “Давай что-то поделаем”. Раз поделали, два поделали — поняли, что нужна своя студия. Сделали студию и вот до сих пор тут сидим.




РАБОТА В ВЕБКАМЕ ПОЗВОЛИЛА СДЕЛАТЬ СТУДИЮ



— Илья, в одной из песен есть строчка, как ты работал оператором. Что за история?

Илья: Это наши любимые вебкамовские истории. Ты оператор, у тебя есть модель, у вас начинаются понты.


— Как ты туда попал?

Илья: Это вообще тема для документалки.

Султан: (смеется)

Илья: С 2016 по 2020 год в Бишкеке была большая волна вебкама. Все знакомые работали в этой сфере так или иначе. Насколько ты вообще в теме вебкама?


— В общих чертах.

Илья: Ну то есть понимаешь, что это не обязательно просто девушка с камерой? Это может быть структура. Вообще, про это можно спокойно снимать сериал и продавать на Netflix.


— Давай тогда проясним, что входило в твои обязанности.

Илья: Провести стрим. Ты одновременно продюсер, режиссер, оператор и постановщик. Это на самом деле творческая работа. Твоя задача закрыть стрим так, чтобы заработать как можно больше денег. Студия платит тебе процент.


— Это были хорошие деньги?

Илья: Отличные деньги. На эти деньги мы и начали заниматься музыкой. Возможно, у нас бы совсем иначе сложился бы творческий путь [если бы не вебкам]. Перестал я в 21 году где-то


— Сам снимался?

Илья: Сам перед камерой не был. Слава богу, не дошло.


— У тебя было что-то с вебкам-моделью?

Илья: Мы очень долго работали. Было что угодно.


— То есть тебя не смущает, если у девушки есть такой опыт?

Илья: А почему должно? Непонятно. Это просто информация, которую ты принимаешь о человеке, а потом складываешь о нем мнение.

Султан: А у тебя есть знакомые в вебкаме?


— Нет, но есть с OnlyFans и Boosty.

Илья: Ну это примерно пересекающиеся вещи.

Султан: Это просто нужно пообщаться с девчонками оттуда. Даже мысли не появится, что они какие-то не такие.

Илья: У нас уже вектор интервью определился, да? (смеется)







"ОСТАНАВЛИВАЕШЬСЯ, ОХУЕВАЕШЬ ОТ ЖИЗНИ" — О СМЕРТИ БЛИЗКОГО ДРУГА



— Я увлекся, погнали дальше. Вы сказали про студию, но сначала же записывались у Султана дома?

Султан: Мы бегали друг к другу. Рядом же живем. Пять-шесть раз собрались и решили, что нужно отдельное пространство.


— Строчка “На кухне Султана: USB-микрофон, еще живой Айба”. Кто такой Айба?

Султан: Мой двоюродный брат. Умер в 2017 году. Это как раз был год, когда мы студию сделали.

Илья: Только движняк начался.

Султан: Я с ним вырос, он был на два года старше. Разбился в автокатастрофе. Интересный был период, когда происходило очень много событий. Мы разогнались на студии, начали писать треки. Я помню, были похороны, а практически на следующий день мы пошли снимать первый клип. Останавливаешься, охуеваешь от жизни. Оказывается, — щелк! — и нет ее больше.


— Айба делал с вами музыку?

Султан: Нет, но он периодически тусовался с нами.

Илья: Близкий человек, болеющий за нас и наш движ.


— Илья, ты в той же песне говоришь про смерть отца. Можешь объяснить, что произошло?

Илья: В этом треке переплетается период жизни, когда выпало много похорон и нехороших событий. Летом умер Айба, через полгода не стало отца. Сильно не хочется вдаваться в подробности, потому что трек старенький, мы были под впечатлением происшествий и не успели еще творчески окрепнуть. Сейчас я бы рассказывал об этих вещах более художественно.






РАНЬШЕ ВТОРОЙ КА ПИСАЛИ РЭП. ВЫ НЕ НАЙДЕТЕ ЕГО НА СТРИМИНГАХ




— У вас раньше было немного другое название — 2К. И даже вышел альбом в 2017 году. Почему его нет на стримингах?

Илья: Вот как раз причина вытекает из предыдущего ответа. Тогда треки были не настолько крепкими, чтобы их хотелось оставлять. Это был тренировочный материал. В каком-то смысле хороший наверное (смеется). У нас творческий подход состоял в том, что мы хуярили пачку треков и такие: “О, это альбом! А это микстейп!”

Султан: (смеется)

Илья: Там столько было “замечательных” альбомов. Слава богу, что не выпустили.


— Вы тогда были совсем рэперы-рэперы.

Илья: Да. Еще не эволюционировали до прямоходящих.


— И удалили клип “Вопли”.

Илья: Он не удален.

Султан: Скрыт от глаз посторонних.

Илья: Мы сами его смотрим.

Султан: (громко смеется)

Илья: Думаем: “Не, никому не покажем”.



Самый ранний клип Второй Ка, который можно отыскать на их канале — на песню "Ресницам стало тяжело"




— Вы оба пишете музыку, оба исполняете. Вы взаимозаменяемы?

Илья: У нас есть математические схемы, расстановки как на футбольном поле.

Султан: Комбинации.

Илья: Султан мне делает бит, я ему делаю. Или каждый пишет отдельно по треку. Либо как-то еще обыгрываем.

Султан: Берем общую тему или вектор, ставим дедлайны. Разгоняем какие-то темы, где-то что-то доделываем или переделываем. Короче, ищем ходы, чтобы было интересно.


— Часто ссоритесь?

Илья: Никогда.

Султан: Мы только сегодня обсуждали, что уже 20 лет знакомы. Чтобы ты понимал, мы можем просто вместе молчать. Сегодня вот делали генеральную уборку (смеется)

Илья: Придрочка к друг другу. Еще сыграли всякие совместные периоды. Мы во время карантина здесь жили месяц (во время интервью Илья и Султан сидели на студии — прим. The Flow), спали на полу, отжимались, читали книги, пауков ловили.

Султан: Делали салаты (смеется).

Илья: Мы не сремся.


— Кто из вас лучший рэпер?

Султан: Сложный вопрос.

Илья: Как будто никто.


— Кто лучше поет?

Илья: Тут невозможно ответить, потому что это разные вещи — как я исполняю с одной функцией, как Султан исполняет с другой. В этом, наверное, и преимущество нашего коллектива.

Султан: Мы вкладываемся равными долями.

Илья: Где один не дожмет, не доскажет, где-то обосрется…

Султан: Там второй с бумагой подбежит (смеется).

Илья: (смеется).






РАБОТА С ПЕРФЕКЦИОНИСТОМ ЗАМАЕМ. КАК СВЕСТИ АЛЬБОМ НА 101 ТРЕК




— Илья, я обнаружил твои инструменталы под именем iNDs…

Илья: Представь, ты произнес это имя так, как я и задумывал еще подростком. Я почему удивился, потому что ты первый. Все произносили как-то иначе. Индээс.

Султан: Индус.

Илья: Мне нравилось, как Слава КПСС в чатках всегда кириллицей писал: “Индэсэ биток классный сделал”.


— Ты так и познакомился с Замаем?

Илья: У нас есть хороший друг Рашид — его можно услышать на нашем треке “Похуй”. Надеемся, он будет больше выкладывать.

Султан: Вот он реально крутой рэпер.

Илья: И он еще в 2013 году скидывает ипишку Замая и дает ссылку на местный кыргызский сайт типа “Моего мира”. Я тогда послушал, охуел, что у нас есть человек, который такой музон пишет. И я тогда начал писать биты — написал шесть и подумал, что это будет инструментальная ипишка. Я ее выложил на тот сервис, а потом мне внезапно написал Замай: “Можно я возьму бит на трек?” Мы начали постепенно общаться.


— Получается, ты человек, который слышал если не все, то большинство песен Замая.

Илья: Процентов 80-90.


— А личный топ есть?

Илья: Больше всего мне нравится та ипишка, которую я послушал первой. Мы в прошлом году собрали три ипишки, я их ремастернул. Это мой любимый материал.

А так еще альбом “Андрей” — там два фита с нами. Мы очень долго писали этот альбом с Андреем, конструировали звучания и переходы. Вот Замай часто срался из-за треков со мной (смеется).






— Чем Замай крут как музыкант и как человек?

Илья: Как человек он основательный. Уходящая натура. У него есть черты отца — он даже на стримах сидит и поясняет как батя. Ну он и хороший батя.

А как музыкант он крут перфекционизмом. Иногда это с шизой начинает граничить, но сам факт перфекционизма означает, что человеку не безразлично и что он действительно все проживает. Это живое искусство.


— Сколько времени нужно потратить, чтобы свести 229 треков?

Илья: Ты про “Lost Tapes 3” же? Ты бы лучше спросил про “Antihypetrain”, потому что там я не все сводил.

А на совместный со Славой альбом ушло три месяца. Это был челлендж — свести сто треков с нуля. Я построил график — нужно было сводить по два трека в день, чтобы уложиться в срок. И это при том, что потом еще будут правки. Было классно. Они потом еще приехали, мы на Иссык-Куль поехали, лепешку поели.


— Султан, а ты работал со Славой и Андреем?

Султан: Работал, даже есть темки, которые выходили у Андрея.

Илья: Кстати, на “Antihypetrain” есть секретный фит со Вторым Ка, где Султан поет припев.

Султан: Я через Илью познакомился с Андреем и Славой. Они приехали в Бишкек, мы выступали у них на разогреве. На озеро поехали. Приятная поездка со старшими товарищами.


— А как называется трек, где ты пел?

Султан: Я даже не помню название (смеется).

Илья: Давай оставим для самых ярых фанатов. Пускай поищут.


— Почему вы не в Антихайпе?

Илья: Да мы в Антихайпе, наверное. Да мы не интересовались. Надо же подтверждение от главных.

Султан: (смеется) Коронация должна произойти.

Илья: В какую касту Антихайпа нас засунут.


— А когда с Букером фит?

Султан: Да в любой момент (смеется).

Илья: Он приходил к нам на концерт в Питере, немного погуляли, потому что был ужасный ветер, который просто сносил. А так мы не очень фитовые ребята.






КАПКАРАШКА, ГОВНЮКТАР И ПРОЧИЙ КЫРГЫЗСКИЙ СЛЕНГ




— Как в Кыргызстане с музыкой? Что заходит?

Илья: Наше среднеазиатское музло. Казахи, местные типа Ulukmanapo.

Султан: Мияги и Эндшпиль.

Илья: Это та музыка, которая играет в такси и городе. Кальян-рэп, рэп про улицу.


— На кыргызском чаще поют?

— Думаю, по фифтикам. Чартовые треки, которые даже наши среднеазиатские коллеги исполняют, они чаще на русском. Или микс — припев на кыргызском, куплеты на русском. И наоборот.


— В Бишкеке поправят, если скажешь “Киргизстан” вместо “Кыргызстан”?

Султан: Могут и поправить. Скорее всего поправят.

Илья: Как будто все прошаренные говорят “Кыргызстан”. “Киргизия” — это еще понятно, старое название. А вот “Киргизстан” — ужас.


— Давайте от каждого по три слова-ассоциации с Бишкеком.

Султан: Горы, самсы, 212 маршрутка.

Илья: (смеется) Сложно будет поверить, но первые два слова, которые мне пришли — это тоже горы и самсы.

Султан: (смеется)

Илья: А потом мне пришли строчки (поворачивается к Султану). Помнишь, фристайловая темка “Должен быть мент, должен быть шпек, 312, Бишкек”?

Мы до сих пор не уезжаем и даже желаний нет. Есть желание чуть-чуть в горы отъехать.

Султан: Чтобы ты понимал, мы просто гуляем и такие: “О, а мы же тут снимали. А тут вот это снимали”.

Илья: Не такой большой город, мы уже его весь переюзали.

Султан: “Встречайте говнюков” — это олицетворение того, что мы переюзали всю бишкекскую среду.





— Прокомментируйте строчки “Я в Бишкеке — это значит знаю, что значит со дна / С пацанами чаще неба видим ебаный подвал”.

Илья: По факту, бля. Это тоже неокрепшее подростковое. Бишкек не LA, но сейчас я бы так про город не сказал.

Султан: Ну а подвал ты и сейчас видишь.

Илья: Мураши заебали! Мы почему еще убрались — мураши стали бегать. Еще сегодня обсуждали, что подвальные условия заебали. Улиток вот выковыривали.


— Мураши?

Султан: Муравьи.

Илья: У вас нет мурашей?


— Давайте тогда в тему сленга. Я выписал неизвестные слова и выражения. Что такое “койчу, братан”?

Султан: “Хорош, братан”. Ну типа “да перестань”.


— “Скромный капкарашка, твоя жопа — таш”.

Илья: Вот это сейчас будет Genius-разбор.

Султан: “Скромный черномаз…” (громко смеется). “Скромный черненький, твоя жопа камень”. Образы, понимаешь?


— “Серия блуд”.

Илья: Это просто блудняковый эпизод в жизни.


— “Акчам каякта. Говнюктар”.

Султан: (смеется) “Где мои деньги, говнюки?”


— “Хоть и не местный, но сел на минж”.

Илья: Минж — это от слова менжеваться.





КАК ВТОРОЙ КА НАПИСАЛИ ПРОТЕСТНЫЙ ХИТ. НУ ИЛИ НЕ СОВСЕМ ПРОТЕСТНЫЙ




— Песня “Чуйский кантет”. Во-первых, что это значит?

Султан: “Чуйский” — это Чуйская область в Кыргызстане.

Илья: (напевает) “Долина, чудная долина…”

Султан: А “кантет” — это в песне есть фраза “э моул чуйский кантет?” Напрямую не переводится, но означает что-то типа “э, что с этим чуйским?” Так можно сказать о человеке, а можно о предмете.


— В самом залайканном комменте на ютубе написано: “Это гимн нашей молодежи”.

(оба смеются)

Султан: Охуенно!


— Давайте объясним для тех, кто не в курсе, когда и почему вышла эта песня.

Илья: Как будто эта песня появилась просто так.

Султан: Бро, просто появилась угарная демка. Я накинул свою часть, потом подключился Илья. Чтобы ты понимал, там на обложке чувак по фамилии Назаралиев — он владеет наркологическими центрами в Бишкеке. В президенты баллотировался.

Илья: Увидели на заборе его плакат и сфоткали. А потом у нас случилась неофициальная революция.

Султан: Неофициальная! (смеется)

Илья: В общем, мы угарали, что это опять происходит. У нас был подходящий трек. Мы вообще в начале сделали вставку из репортажа о революции 2010 года. Выпустили — и всем было все равно. Ничего не было.


— А я думал, что это вы на протестном вайбе написали.

Султан: Не так сильно мы погружены. Случай подвернулся.

Илья: Мы сейчас его на концертах исполняем. Он теперь с гитарками. У нас же живой лайв-бэнд. Круто звучит.


— Объясните строчку “фемок отпиздили местные мырки”.

Илья: Уже не так сильно, но у нас устраивают марши 8 марта. Не помню когда, но была громкая новость, что ребята в колпаках залетели на такой митинг и всех отпиздили. Приехала милиция, всех собрала по автобусам и увезла. Но только не тех, кто все начал, а рандомно.






УСПЕХ В ТИКТОКЕ И ЛЕГЕНДАРНЫЙ ОХРАННИК



— Вы сейчас сидите в подвале, где у вас студия. А это тут сняли обложку для “Дня зависимости”?

Илья: Да. У нас референс этой фотки сейчас на рабочем столе — автопортрет Ильи Машкова и Петра Кончаловского. Мы с Андреем Замаем гуляли по Русскому музей, увидел картину, сфоткал и отправил Султану со словами “Это же мы на студии”. Вот и решили переиграть.


— В этом же подвале вы снимаете тиктоки и рилсы. В одном из них появляется отец Султана, но я подозреваю, что это не так, потому что в другом ролике он уже отец Ильи.

Султан: У нас один отец, да (смеется).

Илья: (смеется) Я знал, что эти два гения от одного отца.

Султан: Мы находимся в комплексе, построенном 15 лет назад. Раньше это была элитная сауна. За этим место закреплены мы, а приглядывает за всем охранник. И у нас с ним дружеские отношения. Ему 60 лет.

Илья: Он нам тиктоки скидывает.

Султан: Мы угораем, курим, разгоняем лютые темы. Он советский человек, в СИЗО сидел. Крутой мужик. Ну и сделали его нашим отцом для контента (смеется).





— А что за замечательный молодой человек невысокого роста?

Илья: Это Боря.

Султан: Борис!

Илья: Мы когда собирали кастинг в клип “Не к добру”, нам скидывали варианты. И один из участников сказал, что у него есть друг Борис. Скинул фотки, мы сказали: “Конечно”. Мы его еще и охранником сделали. И в тиктоке он тоже персонаж нашей вселенной.





— Тиктоки и рилсы для вас насколько большой фактор успеха?

Султан: Важный.

Илья: Этот фактор никак не влияет на звучание нашей музыки, но влияет на то, как широко она расходится. Если мы их делаем, то все начинает потихоньку идти. Треки распространяются, прослушивания растут. А если просто так выпускаем треки, то все натужнее. Это вроде как необходимая вещь. Особенно, если ты не условный Моргенштерн. Хотя вот даже Моргенштерн ведет жесткую активность в соцсетях.


— Многие артисты пилят контент, но вируситься получается не у всех. А почему получается у вас?

Илья: Мы сильно хотим.

Султан: (смеется) Попытки, попытки, попытки.

Илья: Значит сильнее хотим.

Султан: На самом деле долгое время не залетало. И мы делаем выводы, пробуем новое. Тикток у нас не сразу появился.

Илья: Полгода мы говорили.

Султан: “Надо сделать тикток!” Сразу не пошло, но мы снимали по… Сколько?

Илья: По три видоса в день.

Султан: Не идет, ты останавливаешься, потом говоришь: “Давай приоденемся, выйдем на улице, сделаем более живо”.

Илья: А потом вселенная идет тебе навстречу.

Султан: И когда ты попадаешь, уже можешь проследить алгоритм.

Илья: Цель не выиграть, а продолжать делать. Больше всего дивидендов и профита у тех, кто развивается и вкладывает усилия.

Султан: Мы в этом плане экспериментаторы. Но нам и интересно, а как вообще снимать видео, а потом — как делать так, чтобы залетало.


— Что из музыки больше всего залетает?

Илья: “Тени от пальм” и “Дура”. Причем “Тени от пальм” это такой серьезный кабан. Вот “Дура” вышла, распространилась — и из-за этого на “Тени” снова начали снимать видосы.

Султан: Они сейчас вдвоем такие: “Салам алейкум, проходите, свиная попутка, садитесь”.





ПОЧЕМУ У НИХ ТАКИЕ КРУТЫЕ КЛИПЫ. ТАРАНТИНО, БАЛАБАНОВ И "БРАТ"




— Почему у вас в большинстве клипов не указан режиссер?

Илья: Командная работа. У нас есть Юля, ответственная за все клипы. Мы вместе разгоняем по образам. Еще есть Антон, оператор и монтажер. Это костяк, который участвует в каждом клипе.


— Клип “Дура” это же отсылка к Бартеневу (художник и дизайнер — прим. The Flow)?

Илья: Мы даже об этом не знали.

Султан: Просто в клипе участвовало много людей: художники, стилисты. Возможно, они были ознакомлены. А мы сильно в разработке не участвовали.

Илья: “Дура” — это как раз клип, где указан режиссер Юля Петрова. В другие периоды мы включаемся и жестко разгоняем, а тут у нас особо идей не было.

Султан: Сказали Юле взрывать, вот она и взорвала (смеется).


— В песне есть момент, когда появляется опер. И я не могу понять — по логике он разыскивает главную героиню, но при этом поется, что он ее приютил у себя. Объясните мне.

Илья: Тут можно понять “опера” не как “оперуполномоченного”, а как “оператора”. И станет понятнее.


— Ааааааааааааа…

Султан: (смеется).

Илья: Вот в этом и прикол “Свиной попутки”. А еще на альбоме есть строчка “Табельный плюсуется на пояс опера”. Опера туда-сюда скачут.

Султан: Где-то это разные персонажи.





— Почему у вас в песнях так много употребляют?

Илья: Потому что это стильно.

Султан: (смеется)

Илья: У нас же в творчестве атмосфера Тарантино и Гая Ричи.

Султан: Выкрученные ситуации.

Илья: Мы даже опрос устраивали среди подписчиков — какие три слова ассоциируются со Вторым Ка. И самые популярные: “наркотики”, “секс”, “дорога”.

Султан: Но мы не делаем это специально. Обычные художественные вещи, которых и так много в медийном поле.


— Насколько остро в Бишкеке и вашем окружении стоит проблема употребления?

Илья: Достаточно. В последнее время устраивают облавы по клубам и барам. Наркотики сейчас невыгодное занятие, никому не советую.

Султан: У нас были ситуации разные.

Илья: Где наругать могли.

Султан: Но вот присесть — это нет. Запрещенной деятельностью не занимаемся.

Илья: На корнере с сумками не стоим.


— Клип “Тонированный кабан”. Это же отсылка на “Жмурки”?

Илья: Да!

Султан: Начало как в “Жмурках”.


— “Жмурки” или “Брат”? Что выберете?

Султан: Вообще не хочется выбирать из этих двух.

Илья: Разные вещи, отдельные случаи.


— Я почему спрашиваю. “Свиная попутка” по настроению — это же прямо “Жмурки”.

Султан: “Жмурки” нам ближе по творчеству. Там ведь тоже есть что-то от Гая Ричи, Тарантино. Выкрученная ирония.

Илья: Не знаю, насколько это правда, но я слышал, что сценарий “Жмурок” написал жесткий фанат Тарантино. Дал сценарий Балабанову, тот поправил, поэтому в фильме кажется, что Балабанов издевается над Тарантино и эксплуатирует его ходы. И мы на “Свиной попутке” занимаемся эксплуатацией.

Султан: (смеется)

Илья: Бандитские образы, романтика.

Султан: У нас и Тарантино, и Балабанов.


— Сейчас реактуализировался вопрос об отношении к герою “Брата”, вот и я спрошу. Данила Багров — положительный, отрицательный или фифти-фифти?

Илья: Это просто персонаж. Надо вырубать оценочные суждения, они все портят. На то он и персонаж, чтобы люди сами решали. На то искусство и существует, чтобы порождать диалог. Он Данила — и все.

Султан: Он во всем фильме очень разный, поэтому возникает диссонанс. А он выполняет функцию проводника, чтобы в тебе вызывать ассоциации.

Илья: Может правильные вещи говорить, а может штабелями людей валить. Противоречивые штуки, которые делают его живым персонажем.





"СВИНАЯ ПОПУТКА" — ЧТО ЭТО И ЕСТЬ ЛИ СВЯЗЬ СО "СВИНЫМ РЫЛОМ"



— Что такое свиная попутка?

Султан: Изначально это фраза из песни “Тени от пальм”. Когда я писал текст, пребывал в депрессивном состоянии. Пробовал заниматься бизнесом, у нас было затишье в творчестве. У меня вроде стало получаться, но при этом я чувствовал пустоту. Будто я делал не то, что хотел на самом деле. И когда писал текст, эта фраза про свиную попутку просто вышла сама собой.

Это образ — транспорт, который увезет тебя подальше от всего. Давай просто уедем отсюда. Пик эмоций, когда ты заебался и замкнулся. И свиная попутка может тебя увезти. Частично это побег от реальности.

Даже если текст взять — “давай скорей вези меня туда, где тени от пальм”. Мы живем в среде, где вообще нет пальм. В горах. И пальмы с морем — это утрированное представление, куда можно сбежать. Теплый образ.

Илья: Мне кажется, еще есть прикол в том, что это попутка. То есть что-то случайное. Ты сел туда, возможно, не совсем по своей поле.

Султан: И раз мы поехали, то уже вези.


— А вам писали про “Свиное рыло”? Там ведь не только нейминг похож, но и вайб 90-х.

Илья: ЛСП? Нет, ни разу. Лично я ожидал.

Султан: Слава богу (смеется).

Илья: Насколько помню, это был альбом-прикол. Все его тогда захейтили, а нам он понравился даже больше, чем полноценный. Там нет треков, которые ты гонял, но целостно — это прикольный альбом, сказка про свиней. У нас тоже был запил на сказку, но там целостнее.


— Когда у вас щелкнуло, что это будет за альбом?

Илья: Сложно сказать. Треки давно отбирались. “Тени от пальм” это трек начала 2021 года.


— То есть не было такого, что вы сели и сказали: “Так, пишем альбом пост-панка”?

Илья: Мы против этого, так не работает. Не делайте так, если вы музыкант. Не надо так относиться к искусству (смеется). Мне кажется, это не очень живое. Когда ты придумываешь концепты, это не работает, потому что песни надо не придумывать, их надо писать.


— Мне нравится, что ваша версия пост-панка не стандартно депрессивная, а с угаром.

Илья: Это наш пост-панк. Другой мы и не пишем. И намеренно таким не придумывали.





"У НАС ВСЕ ПРОЦЕССЫ ЛИБО ЗАПУЩЕНЫ, ЛИБО ЗАПУЩЕННЫ" — ПРО УСПЕХ И КАК ЕГО НЕ РАСТЕРЯТЬ




— Вы писали, что после этого альбома завязываете с пост-панком. Многие музыканты на вашем месте продолжили бы давить на педаль, раз залетает.

Султан: Мы и давили. Посмотри, сколько визуала наснимали. Целый альбом с 11 треками. Хорошо подвигались, можно и дальше пойти.

Илья: Просто у нас не было периода, когда мы писали только пост-панк. У нас много разношерстных песен. И почему мы заявляем, что закрываем этап пост-панка — да потому что все лучшие песни уже написаны и собраны в “Свиную попутку”. Нет цели написать второй такой альбом. Есть другой классный материал.


— Существует же альбом непростой судьбы под названием “Свободные движения”?

Илья: Это лучший альбом (смеется). Пишется уже миллион лет. В контексте группы Второй Ка мы не пишем намеренно треки на этот альбом, а просто живем свою жизнь, ходим в горы и формируем “Свободные движения”.

Султан: Его идея постоянно разгоняется, она пластичная.

Илья: Хочется, чтобы волосы на жопе дыбом вставали, когда слушаешь этот альбом.


— Вы чувствуете, что сейчас все поперло? Песни вирусятся, ролики залетают, альбом выпустили, внимания больше.

Султан: Это факт, мы же работали. Без этого сложно добиться результата. У кого-то получается просто так, а нам судьба говорит: “Ребятки, жопки поднимайте”.

Илья: “Пашите, креативы снимайте”.

Султан: Мы ставим желаемые цели, визуализации. Постоянно работаем.

Илья: Поэтому нет ощущения “О, поперло!”, а есть ощущение “Ну да, мы же это сделали, это сработало, надо дальше работать, все хорошо”.

Султан: Многое и не получается, но мы уже придроченные, поэтому просто анализируем, что пошло не так. Нам самим интересно делать контент и приколюхи. Наблюдать, как наше творчество обрастает новыми частями тела — люди, например, делают ремиксы и каверы.

Илья: Если ты музыкант, не стоит ограничивать себя только этим. По-хорошему, в наше время ты должен заниматься многими вещами и продвигать себя. Все должно работать вместе, иначе колесо не поедет.

У нас это выглядит так — все процессы либо запущены, либо все процессы запущенны. Работаем.


— Был период, когда казалось, что ничего не идет? Мы обсуждали ваш альбом 2017 года, а следующий вы выпустили только спустя три года.

Султан: Мы в подвале задрачивались, работали. Не было такого, что мы душеебили и депрессовали. Мы учились делать песни. В самом начале мы делали автотюновый трэпчик. Лучше в этом не копаться (смеется). Потом появилась акустическая гитарка — мы такие: “Опа, а что если попробовать?” И начинаешь входить в азарт. Потихонечку что-то добавляешь, пробуешь новое — вот как лучше, писать текст и идти по дороге или сидеть листы расписывать? Разные подходы.

Илья: Влияет сильно, что мы не те артисты, которые просто берут биты. Мы сами все делаем и за все отвечаем. Бывали периоды, когда мы не писали треки, а только музыку, чем-то другим занимались. Приходили на студию, джэмились.

Султан: Свободные движения.


— Финальный вопрос от моего главреда. Почему вы такие охуительные?

Султан: (смеется)

Илья: Да вот сами в шоке.

Султан: Слушайте “Свиную попутку”, мы там все объяснили.





Мир разделился на два лагеря: тех, кто за факи, и тех, кто за фиги
Любимая группа всех музыкальных критиков говорит об альбоме "Post Hardcore", Тольятти, локальности и счастье, которое возможно только в старости. А еще о своих героях — Мамонове и Викенде
Дружба с Замаем и Славой КПСС, вебкам, капкарашка и мураши, Тарантино и Балабанов — обстоятельный разговор с группой-открытием