Фото

Как выглядит коллекция современного искусства Тимати

Обладатель "классического вкуса токийского хайпбиста" признается, что другие коллекционеры не воспринимали его всерьез из-за его музыки.

"У меня классический вкус токийского хайпбиста" — говорит Тимати и показывает простым смертным, что значит эта фраза.

Редкие сумки LV, работы Мураками и Invader, виниловая статуэтка Супер Марио, гоночный болид и bearbrick, подаренный Карлом Лагерфельдом, — совладелец российской сети Starbucks не шутит в том, что касается коллекционирования современного искусства.

Ниже — его прямая речь для телеграм-канала Vanity Case. Мы взяли несколько фрагментов, полностью текст и картинки в высоком разрешении доступны по ссылке.



"Не вижу смысла выставлять где-либо свою коллекцию — рассказывает Тимати. — Кому будет действительно интересно посмотреть, не из-за того, что это собирал Тимати? Вот был бы у меня русским импрессионизм или серьезная классика, например, — другое дело. Louis Vuitton просил мою коллекцию сундуков для выставки, у меня редкие есть, с цветными монограммами, но и им отказал.























Вся тусовка современных художников, которые мне нравятся, — из фильма "Выход через сувенирную лавку", срежиссированного Бэнкси. Я посмотрел и открыл для себя их всех. Это и сам Бэнкси, и Брайан Доннели Kaws, и аноним Invader, выкладывающий пиксельные мозаики — одна из них у меня в холле.












Мне не с кем особо обсудить искусство. Девушки в нем не понимают, разве что Настя Решетова — она провела со мной много времени и начала разбираться, сейчас неплохо шарит, кто есть кто, почем и где достать. Есть у меня в Москве несколько старших товарищей-собирателей 60+, у них, например, Шагал в гостиной. Вы никогда не увидите их дома в глянце и едва ли знаете их фамилии. "Дорогой, давай покажем наш дом Vogue" — нет, это исключено.

Нет у меня кураторов. Глубоко в том, что мне нравится, разбирается единицы. Скажем, галерист Ларри Гагосян — вот он реально крутой. Первым выставлял Мураками, у него и Джордж Кондо, о картине которого мечтаю, есть.

Правда, недавно я познакомился с основателем галереи ARTпатруль Юрой Омельченко. Он знакомит меня с нашими художниками. На Cosmoscow я увидел бомбический триптих Миши Моста и очень осторожно через Юру спросил, может ли Мост сделать commission, то есть, изменить произведение для меня, уместно ли попросить об этом, тут я на старте, много чего не знаю. Это тонкий вопрос, на котором я уже обжигался. Один очень крутой греческий художник почти закончил работу для меня, как черт меня дернул сказать "Все супер, то, что надо, но, может, уберем вот эту гитару?". Он просто вернул 50% аванса со словами "С этим работать не буду. Он же хотел МОЙ арт". К счастью, Мост оказался суперадекватным: "Без проблем. Сделаю даже лучше".

Ну, и вы видели витраж Миши Либерти с Канье Уэстом. Он прокатился по всем телеграм-каналам и приземлился у меня.









Я купил огромную коллекцию у человека, который буквально посылал меня на три буквы — по той цене, которую предложил. Не все воспринимают меня серьезно — да посмотри на этого чувака, послушай его музыку, разве у него есть вкус? Вкус — понятие субъективное. Я просто не дурак.

В цене коллекция выросла раз в пятнадцать. В 2006 году Kaws продавались за 3000 долларов, сейчас на аукционах торгуются за 250-300 тысяч. Никогда не пытался выгадать, покупал что нравится, но по хорошей цене. Я не продал ни одной вещи, несколько подарил.

Самое дорогое — пожалуй, деревянные "брики" в спальне. Очень маленький тираж, сделаны вручную мастерами Karimoku — это японский мебельный бренд, дико дорогой, у них один деревянный стул тысяч 25 стоит.

Но есть вещи дороже — ценна история. Например, bearbrick Fendi, принадлежавший Карлу Лагерфельду. Я получил его от Себастьяна Жондо, помощника Карла, это мой кент. Познакомились, как со всеми, в Сен-Тропе — молодой, подкаченный, как я, любит серф, вейк, эту тему. Он ухаживал за кошкой Лагерфельда, которой Карл завещал состояние, сейчас судится из-за этого.

Всего "бриков" Fendi было четыре — для витрин четырех главных бутиков. Сезон окончился, и медведь в норковой шубке переехал домой к Карлу. Дня через три после моего дня рождения Себастьян пишет: "Ты же любишь современное искусство? Давай встретимся в Порту, мы с Карлом хотим тебя поздравить". Приезжает кабриолет, открывается багажник… Я аж замер. Там этот "брик" в шубке. "Карл от него не кайфует, я показал ему твой инстаграм, он сказал — пусть медведь будет у Тимати".








Чем хочу обладать?

Тем, что пока не могу найти по нормальной цене. У Джорджа Кондо есть сумасшедшие монашки из нулевых. Балерина на красном фоне, которую он рисовал для обложки альбома Канье "My Beautiful Dark Twisted Fantasy". Мечтаю о полотне Баския. Крутой, жаль, что торчал много.

Часы, недвижимость, машины — да. Машины вообще очень люблю, купил бы все на свете. У меня есть винтажный мерс "Крыло чайки". Недавно купил Rolls-Royce Corniche из девяностых. "Теслы" нет, электрические не интересны".

И предложил переименовать Группу по расследованию антироссийской деятельности (ГРАД) в Группу обнаружения врагов нашего общества (ГОВНО).
Так говорит его украинский коллега Владислав Bludkidd Зайченко, участник Gruppa Skryptonite.
Рэпер признается, что не сможет бросить наркотики ради семьи.